Теория и практика науки и образования №3 (3) май 2026 г.

В современных условиях евразийской экономической интеграции перемещение транспортных средств физическими лицами через таможенные границы государств Евразийский экономический союз (далее - ЕАЭС) становится одним из основных элементов трансграничной мобильности, обеспечивая реализацию личных потребностей граждан в транспортной автономии и одновременно значимые вызовы для таможенного администрирования. Таможенные органы здесь выполняют не только фискальную функцию по взиманию платежей, но и контрольную, направленную на проверку достоверности сведений, соблюдение процедур и предупреждение нарушений, способных подорвать экономическую безопасность таможенного таможенного союза - (далее Союза). Особую роль играет регулирование товаров для личного пользования, поскольку именно это определяет баланс между упрощенным оформлением и необходимостью защиты бюджетных интересов, внутреннего рынка и статистической достоверности.

Проблематика контроля за перемещением транспортных средств не ограничивается формальной проверкой документов или осмотром на пунктах пропуска. По существу, это механизм, влияющий на полноту таможенных поступлений, законность внешнеторговых операций, состояние конкуренции на автомобильном рынке и общую устойчивость экономической системы ЕАЭС. Когда статус транспортного средства (далее - ТС) как личного имущества подтверждается, обеспечивается льготный режим без дополнительных платежей. Когда же происходит маскировка коммерческих поставок или занижение стоимости, возникают риски недополучения платежей, демпинга на рынке и роста теневых схем. Поэтому контроль за такими операциями следует рассматривать не как рутинную процедуру, а как инструмент обеспечения экономической безопасности.

Содержание экономической безопасности раскрывается через способность государств-членов ЕАЭС сохранять финансовую устойчивость, защищать внутренние рынки от нелегального импорта и противодействовать угрозам во внешнеэкономической сфере. В Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года акцентируется необходимость пресечения факторов. В этом контексте недостоверное декларирование ТС оценивается не только как административное нарушение, но и как угроза публичным интересам, поскольку искажает статистику, снижает платежи и создает неравные условия для добросовестных участников рынка.

Перемещение ТС для личного пользования представляет собой специальную таможенную технологию, регулируемую главой 37 Таможенного кодекса ЕАЭС [1].

Статья 259 определяет признаки таких товаров, как ТС для некоммерческих нужд физических лиц с учетом владения и пользования. Что определяет особенности их декларирования: льготное налогообложение, выпуск в свободное обращение или временный ввоз, а также для анализа рисков, оценки соответствия нормам и принятия решений о платежах. Следовательно, данный институт выполняет расчетную, контрольную и превентивную функции в системе таможенного регулирования.

Правовое регулирование строится на многоуровневой основе. Базовые правила закреплены в Таможенном кодексе ЕАЭС, определяющем процедуры декларирования. Конкретизацию в России дает Федеральный закон №289-ФЗ от 3 августа 2018 года называется «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». [2]. Ключевую роль играют акты Евразийской экономической комиссия (далее – ЕЭК), такие как Решение Совета №107 от 20 декабря 2017 года называется «Об отдельных вопросах, связанных с товарами для личного пользования», гармонизированные с международными стандартами. [3, 4] Такая структура подчеркивает сложную природу регулирования, сочетающую наднациональные обязательства с национальной практикой.

Особое значение имеет вопрос, почему перемещение ТС так тесно связано с экономической безопасностью. Прежде всего, это фискальный эффект: несоблюдение лимитов или недостоверность влекут потери от неуплаченных таможенных платежей. Из-за систематических нарушений снижается наполнение бюджета, что затрудняют планирование и ослабляют финансовую устойчивость. На первый взгляд, отдельный случай кажется незначительным, но в совокупности с ростом трансграничных потоков влияние на доходы становится ощутимым.

Конкурентный аспект не менее критичен. Недобросовестный участник ВЭД или физическое лицо, маскирующее коммерческий ввоз транспортных средств под личное пользование или нарушающее порядок временного ввоза, получает преимущество: уклоняется от уплаты платежей, снижает издержки, демпингует цены. Это подменяет добросовестную конкуренцию ценовой борьбой на основе уклонения, затрагивая не только авторынок, но и принципы экономического правопорядка ЕАЭС.

В научной литературе отмечается, что контроль перемещения ТС требует содержательного подхода, учитывающего экономику операции, рыночные ориентиры и риски, а не механической проверки. Эффективность достигается системным документальным анализом, сверки номерных агрегатов и межведомственного обмена, особенно при подозрении на коммерцию. [5]

 Фактический контроль - это деятельность таможенных органов по проверке статуса ТС, полноты документов и обоснованности ввоза на всех этапах декларирования от пересечения границы до их или временного ввоза (ст. 264, 266).

Соотношение интересов государства и граждан требует баланса: строгого контроля без излишней нагрузки. Задача — в механизме, сочетающем результативность с предсказуемостью, чтобы добросовестные пользователи оформлялись быстро, а нарушители несли ответственность.

Предупреждающий эффект контроля формирует дисциплину: понимание рисков (штрафы, арест) стимулирует правомерность. Превентивная роль важнее реактивной, она ставит барьеры на путях использования теневых схем.

Информационная ценность данных о ТС используется для статистики потоков, анализа демпинга и прогнозирования рисков. Искажения ослабляют управление ЕАЭС, подрывая обоснованность решений.